ПЕРЬКОВ (Родослав)

Андрей Алексеевич

Автор книг:

«Севкины знакомства» (2008)

«Врагабой» (2010)

Из интервью газете «Родовая Земля», 2010 г.

Андрей Алексеевич, скажите — откуда у Вас такая любовь к дохристианской истории и культуре, почему Вы предпочитаете именно её, и когда Вы стали ею интересоваться?

Наша семья не была религиозной. Только у бабушки на печке была маленькая деревянная иконка без оклада. Поэтому какого-либо христианского давления на меня не было. Не было и языческих оберегов, кроме, пожалуй, шестилепесткового громового знака (символа Перуна), нарезанного на старых дверях. Но в младенчестве я и не знал, что это знак Перуна. Родители у меня были сельские интеллигенты. Отец — преподаватель точных наук в школе, мать — сельский врач. Видимо, поэтому у них и не было тяги к религии. Отец даже был атеистом, хотя и не воинствующим, неплохо знал историю, астрономию, часто заводил разговоры на эти темы, чем очень увлекал, а на какие-то религиозные посылы о чудесах говорил по-деревенски — «бряхня». Очень религиозной была родная тётя. От случая к случаю она показывала Библию, иллюстрированную гравюрами, но всматриваться в неё меня не тянуло, отдавало чем-то приторным и чужим. В общем, я рос и развивался в почти пустом от религий пространстве. В тоже время моему сердцу радостно было воспринимать те образы, которые создал А. Пушкин в «Песне о Вещем Олеге», «У лукоморья дуб зелёный...» и образы иллюстраций к ним В. Васнецова. Кроме того, я приникал к радиоприёмнику, когда кто-то пел «Песню варяжского гостя». Моя душа почему-то ликовала, когда я созерцал кудесников и баянов в белых со «скромным» красным орнаментом рубахах, и наполнялась досадой при виде христианских служителей в чёрных схимах. Почему это происходило, я долго не понимал. Но вот, когда в начале 90-х годов я вступил в питерское историко-культурное общество «Союз венедов» и спросил об этом у основателя Союза В. Безверхого, он ответил, что у меня сильная генетическая память.

На тему дохристианской религии у Вас уже много написано стихов и сказок. В романе «Вавилон» вы тоже отдаёте ей предпочтение. Не являетесь ли вы верующим относительно язычества?

Нет, я, как и мой отец, больше склонен доверять чистым от политики наукам: физике, химии, биологии, астрономии, истории, философии. У меня два собственных философских труда: «Модели развития человеческого общества» и «По закону равновесия». В романе «Вавилон» большое место отведено астрономии... Поэтому я не верю в Перуна так же как в Христа в его религиозном смысле, я признаю и уважаю силы Природы, олицетворением которых являются природные (языческие) боги. Я считаю, что Природа — это то единственное, что достойно обожествления и поклонения. Я верю в самозарождение Природы, но не в создание её любым творцом. Если же взглянуть на это с оккультной точки зрения, то возможно контактёры правы, когда утверждают, что боги — это эгрегоры (совокупные астральные тела-идеи), создаваемые в эфире верой в этих богов.

Являясь не верующим (в то же время реалистом и Дарвинистом), я выбрал культуру предков (во что входит и религия), потому что я нахожу в ней гораздо больше положительных качеств, чем в любой другой. В ней огромное экологическое начало, национальная гордость, общинная солидарность, стремление к ведическому мировосприятию, красота, патриотизм, высокая нравственность, жажда свободы и справедливости. Мне близки и понятны те идеи, которыми наделены природные боги. Наконец, это просто моя родная культура, играющая на струнах моей генетической памяти. Я считаю, что сознательно отречься от культуры предков — значит предать память о них, грешнее чего нет ничего на свете. Именно славяне-язычники Рюрик, Олег, Святослав создали ту Родину-Русь, в которой мы живём.

Что Вы скажете насчёт человеческих жертвоприношений языческим богам? Разве это не минус языческой религии?

Известен факт того, что перед крещением Руси Владимир десять лет навязывал людям жертвоприношение богам с целью опорочить веру отцов и облегчить крещение. До этого многие века история этого не прослеживает. Славяне, славящие богов, требы-подарки богам приносили в самых различных формах: изделиями, приготовленными яствами, цветами, музыкой. Исключением являются, пожалуй, кровавые требы богу молнии и дождя, покровителю славянского воинства Перуну, да и то эпизодические. В засушливое лето, прося дождя, ему приносили требу кровью петуха, а перед сражением кровью быка (мясо съедали сами), т. е. удостаивали животных внимания великого бога. Первоисточник древнеславянской литературы, Велесова книга в переводе Буса Кресеня об этом говорит так: «Вот жертва наша — это мёд Сурья... и это будет нашей жертвой богам истинной, какую суть наши праотцы давали. Ибо мы происходим от Дажьбога, и стали славны, славя богов наших...». Или: «Боги русские не берут ни жертв людских, ни животных, только плоды, овощи, цветы и зёрна, молоко, питную Сурью, на травах забродившую, и мёд, и никогда живую птицу, рыб...». Для меня это ещё одна причина любить и уважать веру предков.

Есть целое направление в истории, считающее, что Рюрик — основоположник велико-княжеской династии на Руси, это варяг, выходец из норманнов, а культуру и письменность нам принесли христиане Кирилл и Мефодий.

Добросовестными историками, кроме прочих опровержений этой теории, прослежено генетическое древо Рюрика. Оказалось, что это внук новгородского князя Гостомысла, сын его дочери Умилы. Кроме того, «варяг» — понятие не этническое, а социальное, и многие западные славяне, откуда был призван на княжение Рюрик, тоже варяжили (плавали). Помимо этого немцы, заполонившие русскую академию при Екатерине II, «подправили» письменный источник? рассказывающий о цели призвания Рюрика. Стоило во фразе: «Земля наша велика и обильна, но рядника нет в ней, приходите и владейте нами» изменить слово «рядника» на «порядка», как фраза приобрела смысл того, что славяне уже по своей природе не могут управлять собой, поэтому это служит оправданием для иноземного вмешательства и захвата. А дело обстояло совсем наоборот. Три славянских племени: словене, кривичи и чудь, не пожелав выбрать из своих племён предвзятого князя, цивилизованно призвали со стороны беспристрастного правителя (рядника — отсюда «урядник»), но именно славянина.

Что касается письменности, то за века до крещения Руси у наших предков была великая литература, о чём свидетельствует находка XX века, уже упомянутая мной Велесова книга, и соответственно очень развитая письменность «глаголица». Об этом есть моя статья в журнале «Свет — природа и человек», № 2 за 2004 год.

Вы затронули тему дарвинизма. Как Дарвин объясняет происхождение жизни и появление человека?

Хулители дарвинизма приписывают ему то, будто Дарвин доказывал происхождение человека от обезьяны. На самом деле Дарвин говорил, что обезьяна наш ближайший родственник, также относящийся к отряду приматов, как и человек. И ничего в этом нет унизительного. Если хотите, то осмелюсь заявить, что именно человек, оторвавшись от Природы, стал самым порочным существом на планете. Что касается происхождения жизни, то скажу так. В то время Дарвину ещё не были известны открытия в области фотосинтеза и генетики, поэтому, проследив эволюцию в Природе, открыв её общие законы, он ещё не мог осветить начало начал, назвав это неким первотолчком. Но у него не было и веры в искусственное создание жизни. Считаю, что современному образованному человеку стыдно верить в создание Богом человека по своему образу и подобию.

Была ли у славян-язычников собственная версия появления жизни?

В реконструкции А. Асова она звучит так: «До рождения света белого тьмой кромешною был окутан мир. Был во тьме лишь Род прородитель наш, Род — родник вселенной, отец богов. Был вначале Род заключён в яйце, был он семенем не пророщенным, был он почкою не раскрывшейся. Но конец пришёл заточению, Род родил любовь — Ладу матушку... Род родил Сварога небесного и вдохнул в него свой могучий дух». Как видим, в отличие от библейской версии о сотворении природы Творцом, славяне выдвинули идею самосотворения Природы из некоего эмбрионального начала, что ближе к истине и чему мы отдаём предпочтение. Кроме этого наши предки достигли в своём познании бытия огромной философской высоты, сформулировав понятие о Великом Триглаве. Это Явь — материя и реальная действительность; Правь — законы Природы и общества и Навь —потусторонний мир тонких энергий, куда отлетают души умерших. Велесова книга начинается именно с «Прославления Великого Триглава» и выводит установку, что Правь была первой, что Явь как бы вышла из Прави. В своём философском мышлении они немного не успели дотянуть до того, что первичны одновременно и Правь и Навь, поскольку как материя не может не обладать какими-то свойствами, так и закон не может быть не приложенным к чему-то материальному, пусть даже это мир тонких энергий.

Какую же цель Вы преследуете, освещая дохристианскую культуру, если человек неисправимо порочен?

Я не идеализирую полностью даже славянское язычество. Ему, даже на этапе самого высокого (но прерванного крещением) развития, были присущи некоторые суеверия и предрассудки. Ведь предками тогда ещё не были сделаны научные открытия. Поэтому я стараюсь воспринять и передать следующему поколению только лучшие ценности из религии предков (как идеологии), причём в лёгкой сказочной форме, именно не навязывая веру в персонифицированных богов, а преподнося их как образы и идеи. На них я стремлюсь воспитать в детях лучшие качества патриота и гражданина. Именно поэтому я уделяю в своём творчестве столько внимания детям.

В наше время по всей России множатся славянские общины неоязыческого направления, члены которых проходят обряды посвящения в веру предков и имянаречения чисто славянскими именами. Вы имеете к этому отношение?

В душе я всегда был родновером. Вступив в просветительское общество «Союз венедов», я был членом такой организации. В 1999 году впервые в Курской области по моей инициативе на моей родине в историческом местечке Горницкое у священного родника и на горе Карвеге состоялось воздвижение исполненного мной идола Рода и посвящение по собственному обряду в родную веру четырёх человек с имянаречением. Поэтому на обложках моих книг значится и второе имя — Родослав.

Известно, что в славянском язычестве, в отличие от христианства нет понятия об аде, душа славянина-язычника отлетает в ирий (рай). Нет ли у Вас собственных соображений по поводу участи человеческой души после смерти, ведь это один из краеугольных камней, как всех религий, так и науки.

Велесова книга об этом говорит так: «И тогда приходили мы к синей реке, стремительной как время, а время не вечно для нас, и там видели пращуров своих и матерей, которые пашут в Сварге, и там стада свои пасут, и снопы свивают, и жизнь имеют такую же как наша, только нет там ни гуннов, ни эллинов, и княжит там Правь...».

Опершись на науку и отвлекшись от религиозных воззрений, предложу следующее. Прочитав однажды книгу американского врача Моуди «Жизнь после жизни», исследовавшего впечатления людей, побывавших в клинической смерти, а затем статью академика Искакова в журнале «Свет» о сущности человеческой души как сгустка особой лептонной энергии, о том, что она состоит из тяжёлых и лёгких лептонов, рано или поздно расщепляющихся в эфире, я предположил, что у человека две жизни и две смерти: жизнь и смерть физического тела, и постепенное угасание (расщепление) его души, первое время наполненной какими-любо чувствами. Поэтому я считаю, что главное в жизни не предаваться страданиям и сомнениям по этому поводу, а стараться сделать для Природы и общества как можно больше хороших дел — наверняка зачтётся... Об этом у меня тоже есть статья «Стареет ли душа?» в 12-м номере журнала «Свет...» за 1996 год.

Легко ли писать для детей?

Мне кажется тяжелей, потому что взрослому писателю, сочиняя, приходится перевоплощаться в читающего ребёнка. То есть искать форму доступную и интересную ребёнку. Мне кажется, потому и «детских» писателей меньше, чем «взрослых». Как это получается у меня, я могу судить лишь с оглядкой.

Даже написание книги для детей на тему дохристианской религии требует глубоких познаний. Чем вы пользуетесь кроме впечатлений детства?

Ещё в 70-х годах, когда я начал работу над сказочно-исторической панорамой «Расея», мне посчастливилось прочитать книгу Б. Рыбакова «Язычество древних славян». Тогда я понял, что кладезь нашей древней культуры неисчерпаем. Затем во время учёбы в Курском пединституте мне удавалось иногда посещать институтскую и Асеевскую библиотеки, собирая материал по крупицам в трудах других историков и этнографов. Революция в этом деле произошла в период «гласности», когда появилась возможность издать не только новые исследования, но и грандиозный по своему значению первоисточник — Велесову книгу. Правда, в последнее время появилось много отсебячины и не выдерживающей по многим параметрам критики контр-истории (например, в лице Фоменко). К таким новоделам нужно относиться весьма осторожно.

Чем бы Вы могли отрекламировать свои изданные книги?

Когда мне приходится вкратце охарактеризовывать книгу в стихах «Севкины знакомства», я говорю: «Родился мальчик Севка, и жизнь знакомит его с родными духами и богами, которые учат его, как надо любить и уважать родителей, Природу, Родину, бороться за сою любовь. В ней раскрываются традиции предков. Жизнь героя полна приключений, иногда на грани жизни и смерти. Она имеет большое воспитательное и познавательное значение и этим поддерживает связь с предками. Книга рассчитана на детей обоего пола.

Чтобы охарактеризовать книгу «Врагобой», рассчитанную больше на мальчиков, я обращусь вначале к Предисловию, написанному членом Союза писателей П. Исаковым: «...Данная книга посвящена восприятию лучших традиций (в первую очередь боевых традиций) нашего далёкого прошлого. В ней автору удалось найти своеобразную сюжетную линию, наполнить произведение героико-приключенческим содержанием, перекликающимся со многими моментами мифологии наших предков-славян. Что ещё как не патриотический пример предков, может воспитать в наших душах жертвенную любовь к Родине. Книга «Врагобой» углубляет знания о мифологических персонажах, встречающихся в «Севкиных знакомствах», а также знакомит читателя с новыми, обогащая его знания о своей древней культуре. Это очень важно для сохранения самобытности русского и всех славянских народов, а значит и их выживания. Веками нашим предкам приходилось с оружием в руках отбиваться от многочисленных завоевателей, и помогала им в этом вера в своих природных богов и духов, своих покровителей и защитников...».

Своеобразность сюжетной линии заключается в том, что судьба человека, в виде клубка, изготовленная богиней Макошью, ещё до рождения своего обладателя проходит весь путь его становления, что облегчает ему пройти этот отрезок жизненного пути. Этот путь тоже полон приключений, также часто на грани жизни и смерти. Всё это помогает герою книги Нехорошу-Долгождану-Врагобою стать настоящим богатырём-оборотнем и спасти Русь от захватчиков.

От редакции добавим, что цветные иллюстрации к книгам исполнил сам автор. В книге «Врагобой» также помещены репродукции его картин: «Конец нашествии» (из серии «Все за Русь»), «Возвращение Сварога» и «Великий Арий — первопредок белых». Пожелаем автору дальнейших успехов в творчестве.